Нарисуй ведьму. Любую, из тех, что тебе показывали в детстве. Крючковатый нос, бородавка на подбородке, седые космы, живёт одна на отшибе, при ней кот, котёл да помело. И — приглядись — она старая. Всегда старая. Молодую ведьму придумали уже в кино, а до того колдовство почему-то полагалось исключительно бабкам.
Хотя начиналось всё, если покопаться, с большого к этим бабкам уважения.
Само слово «ведьма» — от «ведать», знать. Ведьма — это попросту «та, которая знает». И знала она немало: какая трава от жара, какая от бесплодия, как принять роды, как обмыть покойника, что нашептать над колыбелью. Повитуха, знахарка, травница — веками именно старуха была у деревни живой библиотекой. К ней бежали раньше, чем к попу, — поп-то спасал душу, а бабка, бывало, тело.
А потом её записали в чертовки. И самое любопытное — реквизит. Помело, на котором летает по ночам, — то чем каждое утро метёт избу. Ступа, в которой носится над лесом, — то в чём полжизни толчёт зерно да сушёные корешки. Котёл — суп варила. Кот — ну кот и кот, мышей ловил. Взяли весь нехитрый скарб женщины, всю её домашнюю утварь — да объявили арсеналом Гарри Поттера. Согласись, редкая карьера: полвека мести пол, чтобы под старость тебя за это же помело и сожгли.
Так за что же она злодейкой стала? За вред? Да настоящих отравительниц на всю округу нашлась бы пара, а в ведьмы записывали всех подряд: одинокую, старую, бездетную, ту, что своё отжила и никому вроде как не нужна, зато знает про тела и их болячки больше, чем хотелось бы слышать.
И в этом вся суть — ответ, за которым ты, вообще-то, читаешь.
Пугало их её лицо. Морщины, сгорбленная спина, сухие руки, одиночество на отшибе — предъявленное заранее будущее, куда всё катится, как ни пляши. И проще было приделать этому будущему бородавку, посадить на помело да сплавить за реку в нечисть, чем осознать: "вот это — то что ждет нас всех, блин". Так они из собственного страха и вылепили ведьму — чтобы у ужаса было лицо. НО! Упаси боже, чтоб оно принадлежало им.
А знаешь, чего боюсь я? Да того же самого! А ты? Нет? В любом случае подобные небылицы актуальны до сих пор — они ж с самого начала были про таких, как мы с тобой.
Самое сильное колдовство, если так подумать, — единственное, что работает без осечки и без исключений. Оно и на тебя наложено. Просто действует медленно.
---
Книга, которую я сейчас пишу, называется «Бессмертие» — и это, если вдуматься, про древнейшее из человеческих желаний: не превратиться однажды в ту самую старуху на опушке. Живые сказки, из которых она собрана, я как раз тут, в блоге, и распутываю — от них до костей недалеко.
Если хочешь увидеть такие вот знакомые байки с правильного ракурса — подписывайся и жми колокольчик, чтобы не пропустить, кого разберём следующим.
А в комментариях скажи честно: в каком возрасте до тебя впервые дошло, что «стареть» — это и про тебя тоже?